Если бы Шнитке был рок-музыкантом, то его концепцию можно было бы назвать «коррозия металла».Не потому, что он использовал в составе оркестра электрогитары, но потому, что таков его драматургический принцип мышления.
Композитор провозглашает мысль о том, что только после окончательного и полного «разложения» энергетического ядра может наступить просветление. Что же, очень по-коммунистически:

«Весь мир насилья мы разрушим
до основанья, а затем
мы наш, мы новый мир построим…»

Правда, Шнитке разрушает не мир насилья, а прекрасный, возвышенный мир. Разрушает ради разрушения, потому что «новая чистая красота», возникающая после длительной борьбы, по времени гораздо короче, чем сам процесс разложения красоты предшествующей. «Новая красота» у него, как правило, появляется в последних частях, и не каждый «смертный» в состоянии дойти до нее, не погибнув в пути. На войне?— как на войне, без потерь обойтись не возможно: «кто не спрятался?— я не виноват!»

Если представить, что музыка русских классиков XIX века?— это душа мира, то музыка Альфреда Шнитке?— это разложение души после смерти. Большинство его произведений имеет разрушительное содержание и заставляет погрузиться в мрачный мир, влекущий за собой все прелести «темного царства». Возможно, для композитора в этом есть идея очищения путем снисхождения в Ад по примеру Христа, Орфея, Будды и других Великих посвященных.

Сам композитор не считал себя пророком или духовным гуру.
Просто он так «слышал» звуки Вселенной и приглашает нас услышать их вместе с ним.

Все, что есть в жизни отвратительного?— похоронные марши, звучащие на кладбище одновременно во время грозы или навязчивый гул самолетов в аэропорту, или когда со всех сторон гремят репродукторы, орущие разную музыку, и когда из окон звучит разная танцевальная смесь,?— для Шнитке эта смесь звучит очень любопытно, он слышит в этом странные совпадения, и для него это?— удивительный контрапункт.

«… Когда вы пишите свое произведение, вы выстраиваете целый мир…?— говорит автор,?— Нет никакого музыкального материала, который бы не заслуживал своего воплощения.… Сама по себе жизнь, все, что нас окружает настолько пестро, что мы будем более честны, если попытаемся все это отразить.… Пусть слушатель сам решает, что он понимает, а что нет».

Но не так страшен черт, как его малюют,?— гласит русская пословица.
Чем можно напугать современного человека в искусстве после реальных ужасов фашизма и ядерной бомбардировки Нагасаки? Кстати, в ранний период творчества Шнитке написал произведение на эту тему (оратория «Нагасаки»). И, видимо, сам этот печальный факт произвел на него такое сильное впечатление, что тема Апокалипсиса стала сквозной в его творчестве.

Вот что сказала жена композитора, Ирина Шнитке: «Его волновала природа души человека, вечный конфликт его совести и желаний. Возможно, поэтому Шнитке так стремился написать оперу «Доктор Фауст». Он искал ответ на вопрос: почему зло в мире оказывается сильнее добра? Но ответа так и не нашел. Вероятно, потому что зло?— такая же природа жизни, как и добро. И каждый в этой жизни делает выбор сам».

Остается добавить, что слушатель для себя тоже выбирает музыку сам. И чтобы помочь ему определиться в выборе, приведем цитаты композитора о своей музыке:

«Первая часть Симфонии № 1?— соната.
Вступление?— выход музыкантов, звуковой «базар».
Затем вступление от «до» и главная партия в исполнении скрипок.
Побочная партия?— это общая сумятица, «толкотня» на ноте «соль», зона неустойчивости.
Заключительная решена как суммирующая динамика.

«Гобойный концерт, который первоначально должен был называться «Траурным концертом», был написан под впечатлением тяжелых почти одновременных потерь сразу нескольких близких и дорогих мне людей в довольно молодом возрасте. Квинтет?— посвящен памяти моей матери, которая умерла в 1972 году. Он и писался с этой идеей. Реквием, который существует в виде театральной музыки, возник как ответвление от квинтета…»

А вот теперь?— настоящий и честный выбор?— за Вами, уважаемый слушатель!